A Обычный
A Средний
A Большой
Цвет фона
T Белый фон
T Черный фон
Версия для
слабовидящих
Главная » Библиотека » Материалы по семинару-практикуму для экскурсоводов » Лекция 3 История домов семьи Трубецких в Иркутске

Лекция 3 История домов семьи Трубецких в Иркутске

  1. История дома Трубецких в Знаменском предместье города.
  2. История дома Трубецких по улице Арсенальской.
  3. История дома с 1920-х гг. до 1960-х гг. по улице Арсенальской, ныне Дзержинского, до открытия в нем музея.
  4. История реставрации дома и открытие в нем Иркутского музея Декабристов.

      5. История второй реставрации дома (2001-2011гг.) и создание современной экспозиции «Эпоху отразившая судьба».

 

 

При подготовке настоящей лекции использовались следующие материалы:

Статья к.т.н. Игоря Петровича Пинайкина «Загадки старого дома».

Статьи Е.А. Ячменева и Е. Ладейщиковой в сборнике «Иркутск. События, люди, памятники»

Статья Е.А.Ячменева, А[л-дра]. В[севол]. Дулова. ПАМЯТНИКИ И ПАМЯТНЫЕ МЕСТА, СВЯЗАННЫЕ С ПРЕБЫВАНИЕМ ДЕКАБРИСТОВ  В  ИРКУТСКЕ. http://www.magnit-baikal.ru/publ/5-1-0-34

Записки декабриста Андр. Евг. Розена http://anshlaga.net/literature/book/550-rozen-ae-zapiski-dekabrista-1870.html

Ник. Андр. Белоголовый, «Воспоминания сибиряка о декабристах»: http://az.lib.ru/b/belogolowyj_n_a/text_0040.shtml

Никита Кирсанов, «Благословляю десницу божью», главы из книги: http://dekabrist.mybb.ru/viewtopic.php?id=2055

С.П. Трубецкой. Материалы о жизни и революционной деятельности. Том 2. Письма, дневник.  1857-1858 годы. Редакционная коллегия «Полярная звезда». – Иркутск, Восточно-Сибирское книжное издательство, 1987.

 

 

 

  1. История дома Трубецких в Знаменском предместье города, на улице Якутской (ныне предместье Марата, в районе улицы Рабочего Штаба, 4).

На настоящий момент мы располагаем довольно малым количеством информации о  первом доме Трубецких в Знаменском предместье. Им стала бывшая загородная дача гражданского губернатора Ивана Богдановича Цейдлера. Именно ее  вскользь упоминает декабрист А.Е. Розен в своих записках на момент своего прибытия в Иркутск в 1832 году, после каторги:

 

Впоследствии этот дом был куплен матерью Е.И. Трубецкой Александрой Григорьевной Лаваль для семьи Трубецких, которые (в первую очередь, Екатерина Ивановна с детьми, а позднее – сам Сергей Петрович) получают дозволение перебраться в Иркутск с января 1845 года. Покупка  была оформлена графиней Лаваль осенью 1847 г., а уведомление о ней пришло в Иркутск из  Петербурга лишь весной 1848 г.

Дом этот имел 14 комнат, мезонин и располагался близ Знаменского монастыря, за рекой Ушаковкой, с обширным садом при доме. 10 мая 1848 года М.Н. Волконская писала своей сестре о том, что Трубецкие купили дачу Цейдлера, «которую мне так хотелось приобрести из-за прекрасного сада».

 

 В «Воспоминаниях сибиряка о декабристах» 1890 года авторства Николая Андреевича Белоголового, сына купца, который воспитывался декабристами, также есть строчки: «В половине 1845 года произошло открытие девичьего института Восточной Сибири в Иркутске, куда Трубецкие в первый же год открытия поместили своих двух меньших дочерей, и тогда же переселились на житье в город, в Знаменское предместье, где купили себе дом».

Согласно Н. Кирсанову, впоследствии Трубецкие решили расширить этот дом и в 1851-1852 годах пристроили к нему еще один. О ходе строительства и отделки этого дома (или, как его еще называли в документах, «флигеля») сохранилась обширная переписка между Иваном Сергеевичем Персиным и Трубецким, и даже имеется план обоих домов, воспроизведенный Николаем Дмитриевичем Свербеевым и А.А.Елагиной, но, к сожалению, ни тем, ни иным мы не располагаем.

 

После свадьбы в апреле 1856 года младшей дочери декабриста Зинаиды Сергеевны Трубецкой и Николая Дмитриевича Свербеева молодые поселились у Трубецкого во флигеле заушаковского дома. С замужеством Зины дом Трубецких помолодел и оживился; там стали устраиваться собрания прогрессивно мыслящей молодежи, называвшиеся Н.Д. Свербеевым «Зеленое поле». Посещали их сами декабристы (А. Поджио, Волконский, И. Якушкин, Бечаснов, Трубецкой), их родственники, и сами иркутяне (в том числе, братья Белоголовые) а также ссыльные поляки. «Зелёное поле» собирало ежедневно бойцов, между которыми разгорались «сильные прения».

 

Уже после амнистии, покидая Иркутск 1 декабря 1856 года вместе с детьми, С.П.Трубецкой оставил свой дом на попечение гувернера сына декабриста Ивана – Петра Александровича Горбунова [он приехал к Трубецким в 1851 году из Петербурга].

Согласно статье Е.А. Ячменева и Дулова, в се­редине 1857 года в первом доме Трубецких временно жила семья де­кабриста Александра Викторовича Поджио. В начале 1860-х гг. мест­ное начальство намеревалось нанять дом под инс­титут для образования повивальных бабок. Лишь в 1866 г. усадьба была продана иркутскому купцу Петру Осиповичу Катышевцеву за 6 тысяч рублей серебром. Позднее дом перешел ремесленно-воспитательному заведению Никанора Петровича Трапезникова.

В 1908 г. в доме, которое на тот момент занимал 27-й Восточно-Сибирский стрелковый полк, произошел по­жар. В записях иркутского летописца Н.С. Романова приводятся следующие свидетельства: «11 января в 7 часов утра в Знаменском предместье на Трубецкой улице начался пожар в 2-х-этажном деревянном здании Трапезниковского ремесленного училища, занимаемым 27-м Восточно-Сибирским стрелковым полком, и таковой сгорел. Дом этот построен декабристом Трубецким, и в нем он жил. Город лишился исторического памятника».

Сейчас на этом месте находится спортивная площадка ре­месленного училища. В глубине участка еще недавно можно было различить остат­ки сада вокруг протекающего там ручья.

 

2. Имеется несколько версий истории второго дома Трубецких по адресу: ул. Дзержинского, 64 (бывшая Арсенальская). Согласно статье Е.А. Ячменева в сборнике «Иркутск. События, люди, памятники», поскольку прямых данных в распоряжении ис­ториков не было, с течением време­ни была выработана версия, нашед­шая свое отражение во внутримузейной документации, а также в популяр­ных публикациях. В общих чертах она сводится к следующему: в доме на Ар­сенальской, построенном после смерти княгини Е.И. Трубецкой (1800-1854), С.П. Трубецкой жил с 1854 г. и до отъезда из Иркутска после амнис­тии в декабре 1856 г.

 

В то же время С.Ф. Коваль придер­живался другой версии: «Сохранивший­ся дом Трубецких по улице Дзержинс­кого, 64 является позднейшим приоб­ретением семьи для одной из замужних дочерей». Это предположение в каче­стве рабочей версии было подробнее расшифровано С.Ф. Ковалем в 1986 г.: «Остается только выяснить, когда и для кого он (дом. - Е. Я.) был приоб­ретен: для Зинаиды Сергеевны или Александры Сергеевны Трубецких, вышедших замуж в 1850-е гг. (пер­вая за Н.Д. Свербеева, вторая за Н.Р. Ребиндера)».

 

Исследователь Валентина Прокофьевна Павлова (Санкт-Петербург), крупнейший специалист по истории семьи Тру­бецких, знаток практически все­го архивного комплекса доку­ментов по Трубецким, уточняет: «Сохранившийся в Иркутске дом (ныне музей декабристов на ул. Дзержинского, 64), принадлежав­ший, по преданию, С.П. Трубецкому, был, по-видимому, построен для его дочери А.С. Ребиндер, муж которой в 1854-1855 гг. намеревался перебрать­ся из Кяхты в Иркутск».

 

Также существует версия того, что в определенный период этот дом могли временно занимать, снимать братья Поджио, в частности, Александр Викторович. Фамилия братьев упоминается, в том числе, и в переписке С.П. Трубецкого и А.С. Ребиндер (письмо в Кяхту 26 апреля 1852 г). С.П.Трубецкой опи­сывал свадьбу Анны Михайловны Кю­хельбекер, дочери декабриста М.К. Кю­хельбекера, с чиновником В.К. Миштофтом: «Молодые с отцом обедают сегодня у Болконских]. Она очень весела и, ка­жется, изрядно устраивается в домаш­нем быту, живут они, где жили Поджио на Арсенальной площади».  

По уровню сво­его материального положения ни тот, ни другой Поджио не могли построить дом на Арсенальской, а вот занимать вре­менно могли.

 

То, что дом был построен по край­ней мере после 1843г., вытекает из со­поставления планов города 1843 и 1864 гг. На первом плане обозначена небольшая постройка по линии улицы. На втором - дом в его современных га­баритах. При наложении планов прямо­угольники этих домов не совпадают. Это может означать снос первого строения при строительстве ныне существующе­го дома во второй половине 1840-х гг (как минимум).

 

С учетом всех оговоренных допусков этой версии она такова: в доме на Арсе­нальской, построенном в период между 1843-1848 гг , жил декабрист Иосиф Викторович Под­жио (или снимал этот дом), а с 1852 г там же поселилась семья Анны Михайловны и Викентия Карловича Миштофтов. Поскольку Анна Кю­хельбекер воспитывалась у Трубецких, то указания и других старожилов на при­надлежность этого дома семье Трубец­ких вполне объяснимы.

 

Еще одно обстоятельство. В июне 1852 г., как сообщала в письме от 20 июня 1852 г  дочь декабриста А.С. Ребиндер своей сестре Е.С. Да­выдовой, С.П. Трубецкого в Иркутске навестил родной брат, Александр Пет­рович Трубецкой (1792-1853). Можно было бы предположить, что дом на Арсенальской был предоставлен А.П.Трубецкому, но становится не­понятно, куда на это время из малень­кого дома съехали Миштофты, кото­рые с апреля 1852 г. проживали там, «где жили Поджио на Арсенальной площ[ади]». А.П. Трубецкой прожил в Иркутске меньше года. А.С. Ре­биндер сообщала Е.С. Давыдовой 30 мая 185[3?] г.. «Папенька пишет, что у него теперь гостит брат, который на днях едет в П[етербур]г». Слова: «у него теперь гостит брат» указывают на то, что А.П. Трубецкой проживал все же в заушаковском доме Трубецких и своим домом в Иркутске за такой ко­роткий срок не обзавелся, так как прожил в Иркутске всего год и потом вернулся.

 

Исследователь Валерий Трофимович Щербин, член Президиума общества ВООПИК (также руководил историко-архитектурной группой политехнического института, выполнившей историко-архитектурный план памятников истории и культуры Иркутска), уверенно называет автором дома архитектора А.Е.Разгильдеева. Александр Евграфович Разгильдеев (1818-1895) приехал в Иркутск из Санкт-Петербурга по окончании учебы в Академии художеств у известного академика К.А.Тона в октябре 1844г. и стал иркутским городским архитектором.

Его архитектурный стиль отмечен, как и облик дома Трубецких, высоким профессионализмом, своеобразием и узнаваемым почерком. Немаловажен факт тесной связи семьи Разгильдеевых с декабристами П.В.Аврамовым, В.К.Кюхельбекером, семьей Волконских (у них воспитывалась Аннушка Разгильдеева).

Известно, что с мая 1880 года усадьба Трубецких на Арсенальской принадлежала дочери чиновника А.С.Кошкаровой. Хозяйка получила разрешение у городской думы на строительство одноэтажного флигеля. (ГАИО. Ф. 70. Оп.2. Д 841. Л. 18-22). Планируемый к постройке флигель располагался позади главного дома.

После А.С.Кошкаровой в конце XIX – начале XX веков усадьбой владела семья Гасс – Мария Степановна, Зельма Степановна и Дарья Степановна. К 1906 году собственницей участка стала Софья Людвиговна Гортикова, которая оставалась ею до середины 1920-х годов.

Владимир Сергеевич Манассеин - директор научной библиотеки ИГУ, деятель краеведческого движения в Иркутской губернии - так описывает дом в 1920-х годах:

«Дом обшит тесом и окрашен в строгий серый цвет. Украшен он фронтонами, парными пилястрами, наличниками и резным фризом. Много красоты ему придавал ныне уже снятый эркер мезонина, поддерживавшийся снизу большою консолью, затейливо украшенной аканфовыми листьями».

 

После национализации в советскую эпоху в доме и служебных постройках, включая конюшню,  располагались коммунальные квартиры, в которых проживали более десяти семей. По рассказу жильца этого дома  1930 - 40-х гг. Костромина Альберта Ивановича, дом был настолько плотно заселен, что даже приемная, самая маленькая комната, была жилой. Её хозяин Ефим работал дворником. Несмотря на тесноту, в большой усадьбе жили дружно. Новый год и другие праздники отмечали большой семьёй.

 

Когда в конце 60-х гг. жильцы были расселены, в доме начался капитальный ремонт без согласования с органа­ми охраны памятников истории и куль­туры, что серьезно на­вредило дому. Ряд деталей оказался утраченным безвозвратно, что при отсут­ствии ранних фотофиксаций диктовало архитектору крайне осторожное отно­шение к восстановлению экстерьера при последующей реставрации, начавшейся в 1965-1970 годах. Это был первый шаг в создании историко-мемориального комплекса «Декабристы в Иркутске». Автором проекта была архитектор BПHPК Галина Геннадьевна Оранская (1913 – 1986 гг.).

При осмотре дома СП. Трубецкого перед реставрацией стало очевидным, что за более чем полстолетия с начала XX в. дом претер­пел заметные изменения. Его фасад стал архитектурно проще, заметно потеряв в изысканности и нарядности.

 

Очень непростым оказался вопрос о цветовом решении экстерьера дома Трубецких. В 1970г. по инициативе Иркутского горремстройтреста дом был произвольно («для красоты») окрашен в зеленый цвет. Архитектор Г.Г.Оранская от такого «украшательства» пришла в ужас. И целое лето 1970года студенты-историки ИГУ, составившие строительный отряд, оттирали растворителем эту краску с фасадов дома. (Тюкавкин В. воспоминания о первых шагах общества охраны памятников в Иркутске. Земля иркутская 1999г. №11 стр.90-92.) В ближайший ко второй реставрации период дом стоял некрашеным, за исключением на­личников и ставень жилого этажа (вы­делены белой краской).

 

После реставрации, 29 декабря 1970 г., Дом-музей декабристов был открыт на правах  отдела Иркутского областного краеведческого музея. Сначала (в 1970 году) в нем была открыта временная выставка, затем, в 1973 г.— постоянная экспозиция «Декабристы  в  Восточной  Сибири»,  рассказывающая о 30-летнем периоде пребывания декабристов на каторге и на поселении.

 

Уже после первой реставрации был выявлен старый фотоснимок, запечатлевший дом Трубецких в начале XX в. со многими утраченными архитектурными элементами по фасаду.

 

…Как известно, в первой половине XIX в. было запрещено строить жи­лые деревянные двухэтажные дома. В Иркутске запрет был снят в 1864 г 2 И как следствие, до указан ной даты значитель­ное распространение получили одно­этажные жилые дома на каменных полуподвалах, иногда до­полненные антресо­лями или мезонина­ми. Так и в нашем случае, дом Трубец­кого.

 

В доме Трубецкого общее решение выполне­но преимущественно в традициях классицизма. Общая направ­ленность оформления на имитацию каменных форм, конечно же, свой­ственна классицизму, а отдельные элементы декора явно заимствованы из архитектурных форм русского сред­невекового культового зодчества.

 

Наряду с приемами и формами классициз­ма в нем использованы элементы, характерные и для более позднего пе­риода, что в целом свойственно архитектуре 1830-1850-х гг. К более поздним по происхождению формам относит­ся и трехгранный (ранее пятигранный) эркер. Эркер выполняет двоякую роль - улучшает инсоляцию помещения и в значительной степени обога­щает и усложняет главный фасад.

 

Дом Трубецкого - нечто среднее меж­ду дворцом и жилым домом. Если его общие габариты ближе к обычному жи­лью, то внутренняя организация выпол­нена подобно классицистическим двор­цам — нижний полуподвальный этаж был хозяйственным, в основном этаже (или ас бельэтаже) располагались парадные и жилые покои, а также обслуживающие их помещения; небольшая светелка в мезонине использовалась под детскую.

 

Жилой этаж дома Трубецких - по всем правилам дворцового строи­тельства - представ­ляет собой анфиладу, характерную для первой четверти XIX в., тогда как подоб­ная планировка к середине прошлого столетия (время предполагаемого стро­ительства) представляла анахронизм.

 

Обслуживающие помещения сгруп­пированы в задней части дома и обра­щены во двор. Вспомогательные и парадные покои объединены и вместе с тем изолированы. В любую из поло­вин дома можно попасть как через па­радный, так и через черный входы. Для Иркутска такое объемно-пла­нировочное решение было большой редкостью, но в центральной России оно было распространенным и повсе­местно встречалось до середины XIX в. не только в крупных дворцах, но и в рядовых постройках. Особенностью именно этого дома являются очень не­значительные размеры и минимальный набор вспомогательных помещений, а также фактическое отсутствие жилых комнат. Этот дом, в отличие от дома Вол­конских, не предназначался для мно­голюдных собраний, вечеров и балов. В нем нет большой залы. «Ясно, что дом строил человек изысканного вкуса, но не располагающий лишними средства­ми», - отмечалось исследователями.

 

 

С 1970 г до декабря 1985 г анфилада, по данным Г.Г.Оранской, принятым за основу, обозначалась так: 1) диванная, 2) гостиная, 3) кабинет, 4) спальня, 5) буфетная (через теплые сени). Знакомство с трудами по истории русского интерьера XIX в. позволило внести уточнения в функциональное распределение помещений.

В период, предшествующий второй реставрации музея, Е.А. Ячменев в своей статье описывал следующий вариант планировки дома – то есть, почти все помещения традиционной анфилады с обоснованием их расположения:

1) приемная (передняя): Классическую анфиладу всегда открывала не диванная, а передняя, или приемная. Диванная комната обычно устраивалась только в богатых домах и следовала за гостиной.

2) гостиная,

3) диванная (библиотека?): У Трубецких было очень много книг. В 1856 г С.П. Трубецкой с зятем Н.Д. Свербеевым отправили из Иркутска 12 ящиков с книгами весом более 100 пудов, не считая книг, подаренных библиотеке Девичьего института Восточной Сибири. И хотя специальные библиотечные комнаты в русских дворянских домах устраивались крайне редко, в первом доме Трубецких за рекой Ушаковкой была специальная комната с шестью шкафами в ряд. Поэтому в решении интерьера комнаты, следующей за гостиной, возможен компромиссный вариант: диванная-библиотека.

4) кабинет (спальня?): С учетом тенденции развития русского интерьера середины XIX в. к совмещению функций кабинета и спальни в одной комнате, где кровать обычно отгораживалась ширмами, надо полагать, что следом за гостиной была диванная, а за ней - кабинет (совмещенный со спальней). В доме есть мезонин, где также могло располагаться спальное помещение, как это было в заушаковском доме Трубецких.

5) буфетная (сто­ловая) - через теплые сени.

 

Полуподвал дома Трубецких (подклет) было помещением подсобного ха­рактера, откуда топились печи жилого этажа. Там же держались дрова для рас­топки. Согласно иркутской традиции там могла быть устроена кухня. Здесь же могли быть комнаты прислуги (напри­мер, истопника или кухарки).

 

4. Еще во время первой реставрации, в 1966–1970 годах перед приспособлением здания под нужды музея были проведены архитектурно-археологические исследования. Работы проводились специалистами Центральных научно-реставрационных мастерских Министерства культуры (Москва) под руководством архитектора Галины Геннадьевны Оранской. По материалам этих изысканий был разработан и реализован проект реставрации и приспособления здания.

Но материалы 1960-х годов не отложились в архивах Центра по сохранению историко-культурного наследия Иркутской области и стали известны иркутским специалистам только в 2007 г. Соответственно, они никак не были учтены при разработке проекта реставрации 2005 г. (главный архитектор проекта Лидия Кеннартовна Клайс), который и был реализован с небольшими изменениями.

Возможность подробного изучения дома появилась только с началом его реставрационных работ весной 2007 года. На период проведения обследования экспертная группа еще не располагала материалами изысканий 1960-х годов и вела свою работу практически с «чистого листа».

В связи с большим объемом утрат и повреждений стен восстановление здания было предложено выполнить методом реставрационной разборки, а каменную кладку подклета усилить путем внедрения скрытых железобетонных элементов.

В итоге исследователи пришли к выводу, что:

** Начало первого этапа эксплуатации дома датируется, по нашим оценкам, 1844–1850 годами. Изначально он был одноэтажным, без подклета и мезонина, на деревянном столбчатом фундаменте.

** Изначальное отсутствие мезонина, по убеждению исследователей, не вызывает никаких сомнений. Об этом свидетельствует целый ряд обстоятельств. Во-первых, пропорции и посадка мезонина хорошо вписаны только в общую композицию здания, но он никак не увязан с конструкциями нижележащих стен и перекрытий.

** Ввиду того, что стена, разделяющая «гостиную» и «диванную», является обычной дощатой перегородкой, набранной из двухкантного бруса толщиной около 100 мм, было высказано предположение о первоначально едином объеме гостиной. [На настоящий момент, после проведения второй реставрации, помещение диванной между гостиной и кабинетом поглощено.]

** О кабинете-спальне перед второй реставрацией: «В случае его использования в качестве спальни или кабинета помещение должно было быть отгорожено от дворового входа перегородкой. Однако никаких следов ранних конструкций нами обнаружено не было. Существующая перегородка «музейного» периода эксплуатации устроена при реконструкции здания в 1970-х годах.»

** Были все основания полагать, что при строительстве дома изначально не предусматривалось какой-либо дополнительной отделки интерьеров. При подготовке поверхностей под штукатурку существующая на тот момент обработка стен была противопоказана. Решение об устройстве штукатурки было принято значительно позднее.

** Фасады здания изначально предполагалось обшивать доской, о чем свидетельствовали достаточно грубая наружная теска венцов и отсутствие признаков атмосферной деструкции древесины, неизбежной в условиях открытой эксплуатации стен.

 

Таким образом, первоначальная архитектура одноэтажного здания была значительно скромнее дома Трубецких в Знаменском предместье г. Иркутска или дома Волконских. Однако общее объемно-планировочное построение здания все-таки позволяет предположить, что его первым владельцем был человек дворянского происхождения, при этом, возможно, достаточно ограниченный в средствах.

 

Второй этап развития здания наступил, по оценкам исследователей, через 7–10 лет, т.е. датируется 1850–1858 годами. В этот период, вероятно, и появился каменный подклет, был устроен мезонин и сделана перегородка в «гостиной».

 

** С устройством мезонина появился проем в перекрытии для спуска в подклет и лестница подъема на мезонин. Все конструкции лестницы – поздние, они устроены в период реконструкции 1970-х годов. К конструкциям раннего периода можно отнести только дощатую заборку, отделяющую лестницу от «буфетной». Сама же компоновка лестницы близка к первоначальной.

 

Можно предположить, что столь масштабная реконструкция здания могла быть осуществлена его новыми владельцами с более высоким статусом и финансовыми возможностями. Однако вынужденное приспособление уже существующего строения не позволило сформировать типологически совершенную объемно-планировочную структуру дворянского дома.

Третий этап датируется 1867–1870 годами. Основные изменения касались, в основном, внутреннего обустройства помещений.

** Все помещения подклета, «приемной», «гостиной», «диванной», «кабинета», «буфетной» и мезонина были оштукатурены. Поверхность перегородки, разделяющей «гостиную» и «диванную», перед набивкой дранки предварительно оклеили газетами и обоями. Общий перечень дат на фрагментах газет включает 1859, 1865, 1867 годы.

 

Четвертый этап относится, по нашим предположениям, к концу XIX – началу XX века. На существенные изменения и утраты дома указывает единственная известная фотография, датированная началом ХХ в. Этот снимок, демонстрирующий достаточно запущенное по внешнему виду строение, правильнее было бы отнести к раннему советскому периоду.

 

Впоследствии было достоверно установле­но, что сохранившиеся в Иркутске дома декабристов С.Г.Волконского и П.А.Муханова (ул. Тимирязева, 45) из­начально исторически были окрашены в серо-белый цвет. Е.А.Ячменев писал, что «логично будет рас­смотреть вопрос об окраске дома Тру­бецких по аналогии с этими архитектур­ными памятниками. При этом основ­ной объем наружных стен предлагается к окраске серым колером (дымчатым, как говорили в Иркутске в 1840-х гг), а декоративные элементы должны быть выделены белым цветом.» Эти пожелания были учтены при последней реставрации экстерьера здания.

 

В настоящее вре­мя кроме главного дома в усадьбе нахо­дятся: флигель, конюшня, амбарные помещения.

…Через пять лет реставрации, 13 сентября 2011 года, дом-музей Трубецких вновь открыл свои двери для посетителей. В процессе последней реставрации дому был максимально возвращен его исторический облик, вкупе с современным мультимедийным оборудованием, выгодно дополнившим и расцветившим новую экспозицию - «Эпоху отразившая судьба» авторства И.В.Пашко. Экспозиция посвящена как самому Сергею Петровичу Трубецкому и его семье, так и целой эпохе, которая отразилась в судьбе самого декабриста.

 

 Е.А.Ячменев "Дом Трубецких в Иркутске"; Е.Р.Ладейщикова "Дом декабриста С.П.Трубецкого"

И.П.Пинайкин "Загадки старого дома"

Н.Кирсанов "Благославляю десницу божию..."

А.В.Дулов, Е.А.Ячменев "Памятные места, связанные с пребыванием декабристов в Иркутске"

Н.А.Белоголовый "Из воспоминаний сибиряка о декабристах"